Коронация Оттона III

«Евангелие Лютхара». Райхенау. Ок. 996 г. Аахен, сокровищница собора.

Христианская вера на протяжении веков всегда оказывала влияние на осмысление себя светской властью. Стремясь легитимизировать себя, возвысить в глазах подчиненных, власть земная подражала во многом Церкви, перенимая ее символы. Византийские василевсы, русские князья, западные короли во многом считали себя «подражателями Христа». Зачастую даже тяготы правления воспринимались как путь Спасителя на Голгофу. В искусстве подобное выражалось в первую очередь в том, что правители старались увековечить себя в памяти предков в близости ко Христу.

Ярким примером может служить молодой император Оттон III. В Четвероевангелии X века он изображен восседающим на троне, вписанный в божественную мандолору и покоящийся на образе земли, то есть его владений имеющихся и будущих. Образ земли — образ известный еще с Античности, который символизирует, что власть есть тяжкое бремя не только для правителя, но и для его земель. Символически изображенные евангелисты словно просвящают императорское сердце Евангельской мудростью. Его поданные, изображенные в виде клириков и воинов, в согласии взирающие друг на друга, поддерживают его «словом и делом». Два герцога, изображенные по бокам от трона, склонили копья, выражая верность своему господину и эта верность также дает им приобщиться к Евангельской мудрости. Стоит также отметить, что венец на голову Оттона возглагает десница Христа, окруженная собственным нимбом, но все же не гнушающаяся коснуться головы смертного человека. Отдельно стоит обратить внимание на руки Оттона: в одной руке он держит державу, один из символов царской власти, но другая его рука пуста, хотя казалось бы, в ней должен быть меч, второй символ власти. Пустая рука говорит смотрящему, что перед ним император-миротворец.

Подобные изображения, с другими правителями, мы может встретить во многих других рукописях и мозаиках. Но все они выражают яркую связь между земным и небесным, которой пропитано все Средневековье…